? Как известно, Виктор Шейман считается в Евросоюзе и ПАСЕ одним из подозреваемых по делу о политических исчезновениях, произошедших в 1999 году. В связи с этим может ли его освобождение от должности секретаря Совета безопасности позитивно сказаться на отношениях Беларуси с Брюсселем и Страсбургом?
Андрей Федоров: Действительно, в резолюции Парламентской ассамблеи Совета Европы № 1371 «Об исчезнувших людях в Беларуси», принятой 28 апреля 2004 года, было выражено требование отстранения В. Шеймана от должности с последующим возбуждением уголовного дела с целью выяснения его причастности к данным исчезновениям. А 28 сентября уже руководство Евросоюза распространило специальное заявление, в котором говорилось о причастности к исчезновениям белорусских правительственных чиновников и военных, и ввело ограничения на въезд в страны ЕС четырех белорусских официальных лиц, том числе В. Шеймана.
Напомним, однако, что на тот момент В. Шейман занимал должность Генерального прокурора, причем после того он побывал еще и главой президентской администрации. Кстати, в нынешнем указе говорится о его переводе на другую работу, так что, вполне возможно, он снова займет достаточно высокую должность.
Но даже если этого и не произойдет, то следует принять во внимание, что целью ПАСЕ было в большей степени проведение объективного расследования, нежели просто снятие В. Шеймана с занимаемого поста. С тех пор ни о каких новых результатах не сообщалось, так что едва ли Европа сочтет данное условие выполненным. Наконец, стоит заметить, что в последнее время эта тема вообще заметно отошла на задний план.
Поэтому на данный момент представляется крайне сомнительным, чтобы данное кадровое решение каким-то образом повлияло на белорусско-европейские отношения.
